Расти, Славка - страница 4


Однажды возле замка остановился табор. Народ стекался на представление. Приехал и принц в золоченой карете…

Сладостно ныли гитары. Весело плясали вокруг костров чумазые цыганята. Но лучше всех была танцовщица цыганка с длинными, бьющими по загорелым плечам черными плетками распущенных кос. Ярко алым горным шиповником горели ее губы, и юбки разлетались чарующим цветком.

-Сегодня ночью ты придешь ко мне в замок, - сказал ей принц.

-Не приду! – ответила цыганка.

-Разве я для тебя недостаточно красив? – удивился принц, ведь ему никто никогда не смел отказывать, - разве ты не хочешь стать хозяйкой всей этой роскоши? Ходить в золоте? Повелевать страной?

-Ты очень красив, - учтиво поклонилась цыганка, - но я хочу сегодня танцевать. Я люблю треск огня, шепот звезд и плеск воды.

Принц рассердился, и слуги его тут же схватили цыганку и привели в замок. Правитель вышел в тронный зал в самом блистательном своем наряде, велел расстелить лучшие ковры. Цыганку одели в благоухающую юбку из живых алых роз, зажгли огни, наполнили каменный бассейн родниковой водой.

-Ты хотела плясать – пляши! – промолвил золотой принц.

-А теперь не хочу! – гневно отвернулась женщина.

-Почему? – сердце властителя первый раз в жизни горело от любви, - ведь я сделал все, как ты хотела, - он подвел ее к окну, - вот твои звезды, вот вода, а вот огонь!

-Я не привыкла смотреть на небо из золотой клетки. Твоя вода уже мертвая! И мертвый огонь. И розы на этой юбке напоминают о пролитой крови. Они уже мертвы.

-Может быть мертвый и я? И моя любовь? – вскричал принц.

-Может быть, - тихо ответила цыганка.

От негодования и несправедливости к своему чувству своенравный принц велел бросить дерзкую на растерзание тиграм. Но звери не тронули цыганку, лишь стали ласкаться к ее ногам. Тогда принц приказал сжечь ее. Но пламя угасло, лишь она коснулась загорелыми ножками раскаленных углей. Ее кинули в бассейн, но как рыбка поплыла цыганка и опять невредимою предстала пред своим мучителем, сверкая непокорными очами.

Принц негодовал и восхищался. Но гордость не позволяла ему уступить. И на закате, когда последние лучи солнца осторожно коснулись далеких гор, ее привели на самую высокую башню.

-Одно твое слово все может изменить, - сказал в надежде принц.

-Да, может, - пророчески заговорила цыганка, - я погибну, но ты будешь жалеть об этом вечно. Ты станешь ничем – золотым солнечным последним лучом. Напоминанием о единственной и жестокой любви. Глядя на тебя каждый человек будет чувствовать необъяснимую тоску, поэты будут слагать песни… Прощай, Золотой Принц, - с этими словами она нежно поцеловала его.

Ошеломленный властитель еле удержался на ногах от нахлынувшего прозрения:

-Значит, и ты любишь меня?!

Цыганка опустила голову. Потом резко бросила в него острый свой взгляд, четко и тихо чеканя каждое слово:

-Да. Люблю. Но жизнь я люблю больше, поэтому выбираю смерть.

И на глазах изумленной стражи бросилась из окна на крутые скалы.

И с последним лучом солнца растворился принц, будто его не было. Постепенно пришло в запустение королевство. Люди разошлись кто - куда в поисках лучшей доли. Разрушился замок. Лишь на руинах во время заката появляется привидение, тоскливым угасающим лучом окрашивая все вокруг. Печален свет несбывшейся любви. Это все, что осталось от золотого принца. В руках у него алая роза. А из глаз бегут кровавые слезы.


25. КУРЯТНИК


В курятнике жили ленивые куры. Маленькие свои яйца они несли нерегулярно, да и то от случая к случаю. Получалось два-три яйца в неделю. Но зато, когда кто-то из них сносил очередное яичко, поднимался переполох восторга. Прибегала хозяйка и уносила эту ценность в дом.

Хозяйка была недовольна тем, что куры несутся плохо, и купила новую красивую курицу. Ах! Какая это была курица! Всем курицам курица! Перья её переливались оттенками золотых и огненных красок, от желтых до красно-коричневых и жарких.

Но главное достоинство курицы заключалось в том, что она приносила яйца каждый день, а в каждом яйце было по два желтка. Ясно, что куры встретили пришелицу крайне недружелюбно. Они раздували перья и кудахтали изо всех своих курячих сил.

«Куд-куда ты пришла? У нас и так тесно! Ко-ко-ко-ко-коленька! Скажи-ка ей, пусть уйдет!». Коленька даже закудахтал от удивления, и ничего не мог толком прокукарекать, потому что, как ни странно, а вот петуху то Коленьке новая курица как раз очень нравилась.

Наконец, гостье надоело кудахтанье, и она снесла золотое яичко.

И куры успокоились. Все. И сразу.

В курятнике стало сказочно тихо. Никто не хотел поднимать переполох. Яичко закатили в угол и спрятали от хозяйки.


^ 26. ГОРБАТАЯ ДЕВОЧКА


В родовом имении одного скромного дворянина несколько дней творилась неразбериха. Лютое рычание и вой дикого волка, посаженного на золотую цепь, сотрясало округу. Хозяин поместья уже и сам был не рад, что отдал приказ своим слугам пристрелить двух злобных волчат, и любыми путями приручить попавшегося в капкан матерого зверя.

Да к тому же бегали мамушки и нянюшки с флаконами, кувшинами и тряпочками. Готовился срок родин. Молодая черноволосая женщина металась на подушках. А сам почтенный отец семейства пытался утихомирить маленькую Лилю, которая капризничала без матери и просилась к нему на руки.

И вот срок настал. К вечеру воскресного дня из спальни донесся крик новорожденного ребенка, от которого угомонился даже посаженный на цепь дикий волк. Доктора вздохнули с облегчением.

А к ночи все стихло. Уснул особняк. На шелковых подушках и ситцевых успокоили его обитатели свои головы. Не спала только нянюшка, которой доверили новорожденную девочку. Вдруг в самую полночь точно волчьи глаза блеснули в темноте. В отворившееся окно влетели и завыли два маленьких смерча. Трепетнулась, словно птичка и потухла свечечка на столе. А девочка вскрикнула в колыбельке и затихла навеки.

Испугалась нянюшка такой беде. Как сказать ей было отцу с матерью, что её вины нет, и жизнь ушла из новорожденной так странно? Завернула она в одеяло мертвого ребенка, увернулась от злобно зыркнувшего волка, поставленного охранять ворота, и отправилась в городской детский дом, где иногда по утрам прибирала и мыла полы. Она знала, что неделю назад туда подкинули девочку.

Пробралась нянюшка тайком к её кроватке, забрала живого ребенка, положила на его место мертвого и поспешила обратно в богатый особняк.

Никто не заметил подмены. Принесенная из детского дома девочка была удивительно спокойной. Её личико все время улыбалось, принося окружающим несказанную радость. «У неё лик ангела» - сказал отец семейства. Мать, гордая собою, что произвела на свет такое чудо, поцеловала его с благодарностью. И подкидыша нарекли Анжеликой.

Обе девочки были окружены одинаковой заботой и любовью родителей. Только очень скоро между ними стала очевидна большая разница. Лиля, родная старшая дочь, несомненно, была красивой, но черноволосой и белокожей, как и её родители, да и все родственники. Анжелика напротив оказалась смуглой. А льняные волосы приводили всех окружающих в полный восторг. Но был у неё один недостаток. Между лопаток торчал небольшой, но неприятный на вид горб. Все знали об этом и очень огорчались. Больше всех горевала нянюшка. Она понимала теперь, почему настоящие родители отказались от девочки. Негласным правилом обитателей особняка стало прятать этот дефект и даже не упоминать о нем, как будто его и нет вовсе. Казалось, что и родителям, и девочке от этого легче.

Более бойкая и требовательная Лиля очень быстро освоила тонкости верховой езды, отлично училась по всем предметам, неплохо рисовала и играла на клавикордах. Но прислуга больше любила Анжелику за какую-то милую задумчивость, когда та нежным голосом пела в саду цветам свои нехитрые песенки о том, что ей очень хочется посмотреть, что там, далеко-далеко, за облаками. Она охотно помогала каждому – и садовнику, и посудомойке, гладила ладошками лошадей вместе с конюхом. Младшая сестра не пыталась даже садиться на лошадь, стесняясь своего горба, закрывала его необыкновенно густыми волосами и виновато очаровательно улыбалась. Её лучшим другом стал дикий волк. Только из её рук брал он пищу, и даже позволял отстегивать цепь и гулять с ним в тенистых аллеях парка.

Но шло время. Сестры заневестились. Давно пора бы уже было выдать Лилю замуж. Только женихи охотнее ухаживали за младшей сестрой. Их манила её загадочность и недоступность.

И, конечно же, это стало раздражать Лилю. Ей все время хотелось закричать: «Вы что не видите? Она же горбатая!» Лишь дворянское воспитание не позволяло делать этого. Лиля потребовала для себя лучших парикмахеров, перекрасила волосы, и каждый день их завивали щипцами. Долго смотрела она в глубь озера, чтобы глаза стали синими, и чтобы хоть чуть-чуть походить на младшую сестру. Лиля думала, что весь секрет её обаяния исключительно во внешности. Только все было тщетно. Уже на следующий день крашенные волосы Лили отрастали, и из-под белых росли её настоящие черные волосы. Точно вся её темная сущность просвечивалась изнутри. А глаза так и оставались карими. И мать и отец, и нянюшка пытались объяснить Лиле, что она и так очень красива. А Лиля уже и не знала, что же делать, чтобы привлечь женихов.

И вот однажды коронованные особы, проезжая мимо, решили заехать в особняк нашего дворянина на денек-другой погостить. Молодому златокудрому принцу очень понравилась Лиля. Разговор зашел о свадьбе. Но, как заколдованный, тут же забыл он о старшей сестре, стоило ему увидеть младшую, заговорить с ней, заглянуть в таинственные лучистые глаза. Внимательно отнеслась к Анжелике и королева. Может быть, глядя на неё, думала она о своей дочери, от которой отказалась из-за дефекта на спине. Ведь принцессам подобает быть безупречными! Что-то останавливало её, давать какие бы то ни было советы своему сыну. Но и принцу и королю Анжелика очень нравилась. Наконец, царственная чета сделала великую честь, назначив день свадьбы принца и Анжелики.

И опять забегали нянюшки и мамушки. Заметалась прислуга с платьями, ленточками и шляпками. Чернее тучи с каждой минутой становилась Лиля. Но и Анжелика загрустила не на шутку. Долго плакала она, обнимая любимого волка. Ей вовсе не хотелось выходить замуж, хотя бы и за принца.

Но время неумолимо приближало час венчания.

Анжелику нарядили, первый раз в жизни сделали высокую прическу, усадили в украшенную венками карету и повезли в королевский дворец. Чады и домочадцы шествовали следом, ведя на цепи дикого волка. В простой повозке ехала и Лиля, кусая губы от злости. Ведь это она должна была сегодня идти под венец.

На широкой площади перед королевским дворцом собрались самые богатые и знатные люди королевства. С балконов и крыш наблюдали за шествием и все простолюдины города. Они замерли от восхищения, когда под фатою разглядели ангельское личико, а невеста изящно вышла на бархатную дорожку, усыпанную лепестками роз. И только королева ахнула от позднего прозрения. Она узнала в невесте себя такою, какой бала когда-то. Но она не посмела сказать ни слова, боясь, что её опозорят на все королевство.

Принц уже ждал Анжелику рядом со священником, и девушка скромно подала свою руку из-под фаты.

Началась церемония. Священник спросил: «Может кто-то из присутствующих знает обстоятельство, препятствующее свадьбе?» Королева часто-часто задышала и замахала веером. Ей стало дурно, что сейчас обвенчают родного брата и сестру, но все посчитали это за простое материнское волнение.

«Я знаю!» - вскричала Лиля. Она ринулась к сестре, сдернула руками нежную фату и разорвала белое платье невесты. Волосы, поднятые в высокую прическу, не могли закрыть то, что пряталось долгие годы. Все на площади ахнули, когда увидели на спине Анжелики отвратительный горб. Возмущенно заревела площадь. Люди стали кричать, смеяться и кидать с балконов в невесту мочеными яблоками. Но и тогда мать не заступилась за несчастную дочь. А невеста закрыла лицо руками.

В этот миг волк сорвал зубами цепь. Он злобно ощетинился и зарычал на толпу. Из глаз его сверкнули, точно молнии, два маленьких смерча. Они коснулись спины Анжелики. Внутри что-то зашуршало, заворочалось, звучно хрустнуло. Лопнула кожица, точно бутон пиона, из спины стремительно развернулись крылья.

Анжелика взлетела над удивленной площадью, над её балконами и крышами, над особняками знатных особ и королевским дворцом. Её детское желание исполнилось - крылья понесли её к облакам. А волк, угрожающе рыкнув еще раз, скрылся за ближайшим лесом.


27. СМЕЮЩАЯСЯ


В пыльном обшарпанном притоне собрались наркоманы «косяка задавить». Рассказывали друг другу небылицы по «полный улёт», про свои «галюны». Тут Кривой Финт байку загнул про смеющуюся девочку. Видеть её можно только два раза, а на третий хана! Но счастье от неё небывалое! А прячет её у себя Хмырь Одноглазый. И за просмотр деньги дерёт страшенные.

В небылицы сейчас не верят. А ему поверили. Собрались и пошли до Хмыря.

Открыл им двери странный дядька. Один глаз мутный. Другого – нет совсем. Угрюмо проводил их по длинному коридору, заставленному всяким хламом, в пустую комнату, где всей мебели – клетка стояла птичья под накидкой бархатной.

Расселись наркоманы у стен, ждут.

Открыл хозяин клетку. А в ней – маленькая девочка с золотыми волосами, как куколка красивая, разнаряженная в кружева.

-Ой! Какой смешной! - воскликнула она, - А этот! А этот!…

И засмеялась. И с самого первого мига, как заблестели в комнате прелестные зубки, все испытали ощущение радости и предвкушение счастья. Восторг и блаженство охватило их. Стало так легко, будто хотелось воспарить. Им показалось, что вот перед ними то, к чему стоит стремиться, о чём они мечтали в жизни. Счастье, источаемое Смеющейся девочкой, было столь велико, столь огромно, что присутствующие начали поначалу стонать, а потом рычать и реветь, точно дикие звери.

Наконец, Одноглазый накрыл кроху бархатом. Возвращаясь в реальность, все точно ощутили физический удар. Их затошнило. Обессиленные, расползались они кое-как по домам.

Но на следующий день, как по команде с утра снова оказались у заветной двери.

Кривой Финт запаниковал первый:

-Ребят! Только последний раз! Говорю вам – два – это край!

И снова – пустая комната. И все трепетно дышат от предвкушения желанного смеха.

-Ах! Это вы! Мне с вами весело! – восклицает девочка. И всё идет по новому, ещё более мощному витку. Присутствующие погружаются в океан счастья. Один лишь Финт не глядит в её ангельские глазки, на её смеющиеся зубки. А его товарищи не могли и не желали отводить лица от клетки, как заколдованные. И уже бились от небывалого счастья в судорогах. Из губ их хлопьями валила пена, во рту появились острые клыки. А над клеткой разрасталось яркое сияние с ещё более ослепительными сгустками света внутри его.

Одноглазый Хмырь снова накрыл клетку вовремя и выволок «счастливцев» за дверь.

В третий раз он запросил баснословную сумму. Правдами и неправдами наркоманы смогли собрать такие деньги, и пришли к нему снова. У подъезда остался только Кривой Финт. Он отговаривал их до последней минуты, и теперь дрожал от страха. Финт был готов к самому ужасному – куче трупов, которую сейчас притащит Одноглазый Хмырь.

Но вот, дверь открылась, и с бешенным лаем на волю вырвалась стая облезлых псов, которую Хмырь выгонял палкою.

-О! Господи! – взмолился Финт, - Помилуй меня, грешного!


^ 28. РАСТИ, СЛАВКА!


Он знал теперь, что Дьявол – женщина! Он видел ее так близко, как видят на руке собственные линии жизни.

-Ты навсегда останешься маленьким, - сказала Дьявол кокетливо…

У него была тайна. Он видел духов, ангелов и эльфов, которые жили среди людей. Славка любил наблюдать, как эльфы вились вокруг грудных младенцев, и, когда дети падали, эльфы подставляли ладошки. Прятали они и влюбленных от чужого взгляда.

Единственно чем Славка отличался от остальных детей – разными глазами. Один – доверчиво-голубой, другой – черный, как глубокий омут.

Но вот наступило отрочество, юность, а затем зрелость. Славке исполнилось двадцать. Но он не рос! В школе дразнили его карликом. Девушки обходили стороной. В армию не взяли.

-Мама, почему все ребята выросли, а я не расту? – спросил однажды Славка.

Мать спрятала заметавшийся взгляд.

-Ты обязательно вырастешь, - солгала она.

И Славка понял это. Он, как никто другой отличал ложь от истины.

Тогда он стал задавать вопросы потусторонним силам, пока, наконец, не попал в офис Дьявола.

Красивая и жуткая одновременно Дьявол благосклонно разглядывала Славку, который все еще пытался выяснить причину своего уродства. Он спросил иначе:

-Почему я такой?

Дьявол поманила его красным ноготком, достала альбом с живыми картинками и, как ведут экскурсии по мастерской художники, стала рассказывать о своих произведениях.

На альбомных листах шевелились уродцы, одноглазые, безносые, с разными ногами…

-А вот детки, зачатые на 10, 15 день после пивного застолья. Правда, прелесть? Перепоночки на пальцах?…

Наконец, Славка увидел себя, как в зеркале.

-Это ты, Чудо мое! Моя гордость! Потрясающий результат! При чертовски здоровых родителях, на 20 день после употребления самого примитивного шампанского!… Но это – работа для души! – Дьявол кокетливо наклонилась к нему совсем близко, так, что сердце Славки сжалось от жгучего холода:

-Ты себе не представляешь, чем приходится заниматься, - доверительно зашептала она, - Сколько вложено сил и средств, чтобы создать мощное наркополе! Число моих клиентов с каждым годом помножается вдвое! Думаешь легко подвести человека на преступление, ложь, убийство, воровство? У меня столько врагов! Ты себе не представляешь!…

… Славка шел по огромному городу, маленький и несчастный. С реклам «Так просто быть разной!» о пользе сигарет смеялась Демон разными лицами. Светящиеся бары зазывали глупую молодежь, чтобы приобщить к алкоголю. Дразнили с экранов телевизора черти: «Мы так одеты, потому что так мы пьем наше пиво!» Старухи алкоголички, лет 30-40 рылись в мусорных кучах в поисках бутылок.

Славке стало больно и жалко себя и других, несчастных и счастливых, и счастливых более, чем несчастных. Жаль убийц, воров, проституток и их жертв, но больше всего жаль детей, которые еще не родились. И он закричал:

-Люди! Что вы делаете!? – Славка выхватил у девушки изо рта бутылку с пивом и бросил ее о землю. Та разбилась, и жидкость змеей уползла в обочину.

У других влюбленных он выхватил сигареты и разорвал:

-Пожалуйста! Пожалейте своих будущих детей!

Весь вечер он бродил по городу и просил «взрослых», которые были моложе его, отказаться от бутылки или пачки сигарет. И те, пристыженные, опускали глаза. Ночью, когда все уснули, он достал краски и стал замазывать придорожные рекламные щиты, пока Дьявол не схватила его за руку:

-Чего ты добиваешься? Еще одно движение против меня – и я лишу тебя волшебного дара!

-Я хочу, чтобы ты умерла! – твердо сказал Славка.

-Но я бессмертна! – грустно улыбнулась Дьявол, потом, вздохнув, добавила, - Ты был любимой моей игрушкой…

Славка проспал несколько дней. Вокруг него летали духи, ангелы и эльфы, приговаривая:

-Расти, Славка! Расти, Слава! Расти! Расти!

А, когда родители приехали с дачи, они не узнали своего сына.

На кровати, широко раскинув руки, лежал богатырь под два метра ростом и смотрел на них спросонья голубыми, как небушко, глазами.

-Да это же наш Ростислав! – воскликнули они.

А он не видел больше никого из потустороннего мира, но теперь четко знал, что должен делать в этой жизни.

Согласитесь, ведь совсем не обязательно их видеть, главное понимать, чего они хотят.


ЭЛИС


Когда уехали родители, Лешик прибегал домой с футбольного поля, смывал зной прохладным душем и, предварительно отстояв воду, поливал цветы из банки, потому что у него сломалась лейка.

Однажды на несколько дней он забыл про цветы. А в банке над водой образовалась странная пленка.

Прозрачное загустение постепенно стало приобретать очаровательные формы. Лешик решил понаблюдать, что будет дальше. И в один прекрасный день кокон развернулся, и из него родилась не то птичка, не то рыбка – маленькая прекрасная девочка с рыбьим прозрачным хвостом и легкими крылышками, размером с большую бабочку.

Лешик подставил ладошку, и новорожденная перебралась на нее, проветрила крылышки и распушила хвостик. Она вся переливалась, как лунный камешек.

-И как тебя зовут? – спросил Лешик, разглядывая необычное существо.

-Назови как-нибудь. Я – твоя!

И он назвал ее Элис.

Странное существо не требовало много внимания. Но Лешик полюбил часами смеяться вместе с Элис, когда та плескалась в большой ванне или летала по комнате.

Элис спала в банке, лежа на спинке, распустив крылья по воде, прозрачной пленочкой закрыв почти всю поверхность.

Лешик брал ее с собой на озеро, выпускал поплавать с рыбками и порезвиться с бабочками. Он никому не показывал Элис, боясь, что ее обидят или отберут.

Когда приехали родители, Элис заволновалась:

-Лешик! В нашем доме чужие?

-Нет! Это мои мама и папа.

-Ты можешь сделать, чтобы их не было?

-Но, они – мои родители!

-Можно я сделаю, чтобы их не стало?

-Нет! Нет! – взмолился Лешик, - я прошу тебя, Элис! Не причиняй им вреда!

-Ты сам выбрал. Я больше не твоя, - сказало странное существо, сделало прощальный круг по комнате и выпорхнуло сквозь стекло.

Элис летела прямо к луне, и Лешик смотрел на нее, пока не заболели глаза от слез.

8151938156273300.html
8152037963660878.html
8152096772903633.html
8152305525855111.html
8152502229858218.html